“Ювенальная юстиция” – что и зачем?


Понятие “ювенальная юстиция” уже давно окружено достаточно острой полемикой. Оно имеет два значения. Первое – это органы и общественные организации, занимающиеся вопросами семей и правами детей. Иногда это называют общим словосочетанием – ювенальная система. Второе значение – это перевод с латинского juvenālis – юношеский, jūstitia – правосудие, т. е. правосудие по делам несовершеннолетних (случаи, когда несовершеннолетние являются участниками преступлений). Считается, что цель выделения ювенальной юстиции из общей системы правоохранительных органов – обеспечение дополнительных гарантий прав несовершеннолетних. Это приводит к тому, что права детей становятся приоритетными. Но так ли необходимо все это?

Конвенция ООН в Украине
Начиналось все достаточно благородно. В 70-х годах XIX в. двое граждан американского г. Бостона Кук и Аугустус предложили судьям не применять к несовершеннолетним наказания, а доверить их перевоспитание органам попечительского надзора. Для рассмотрения дел с участием несовершеннолетних были даже предложены новые термины “виновный”, “правонарушитель”, отличающиеся от понятия “преступник”. Далее идея ювенальной юстиции распространилась в Великобританию, во Францию и в другие страны, приобретая дополнительные ф­ункции.
В Украине 27 февраля 1991 г. Постановлением ВР № 789XII была ратифицирована Конвенция ООН по правам ребенка. Как проконсультировала меня завуч одной из киевских специализированных школ, учебные заведения в соблюдении прав ребенка опираются на Конституцию Украины и этот документ.
Всем понятно, что и жестокость, и отсутствие заботы о ребенке всегда имели и будут иметь место. В этой беде детям нужна помощь государства. Однако в рамках разговора о ювенальной юстиции очевидно, что осталось только прописать, что будет называться жестоким обращением и отсутствием заботы, и выделить специализированные органы, которые будут изымать детей из таких семей. И тогда, как и в опыте западных стран, да уже и в России, может оказаться, что жестокое обращение – это шлепок, а отсутствие заботы – отказ выдать деньги на новое развлечение. Тем более что в п.п. 1, 2 статьи 12 Конвенции указано: “Государства-участники обеспечивают ребенку, способному сформулировать собственные взгляды, право свободно выражать эти взгляды по всем вопросам, касающимся ребенка, причем взглядам ребенка уделяется должное внимание соответственно его возрасту и зрелости”, “С этой целью ребенку, в частности, предоставляется возможность быть заслушанным в ходе любого судебного или административного разбирательства…”. Т. е. право жаловаться на своих родителей в суд дети уже имеют. Другое дело, что не все они об этом знают, да и судебная система еще не готова к рассмотрению подобного рода дел. То есть права есть, но законодательная система еще такова, что использованы они быть не могут.
Шлепать дешевле
Вспоминаю свое участие в семинаре по психокоррекции детей с поражениями ЦНС, который проводили английские социальные психологи. Меня поразило их признание: “В Англии запрещено физическое наказание детей. Предполагалось, что все семьи будут иметь возможность обращаться к социальному психологу, так сказать, по месту жительства, и он будет обучать их альтернативным методам наказания. У нас очень большой экспериментальный опыт и хорошие результаты, даже с детьми с серьезными поражения­ми ЦНС. Конечно, альтернативное наказание требует больше внимания и труда со стороны родителей, но вы можете сами планировать те результаты, которые хотите получить. Тем не менее программа провалилась. Причина банальна – у государства не хватило денег обеспечить такое количество бесплатных специалистов по детскому развитию. А услуги платных – достаточно дороги”. То есть выводы просты: шлепать дешево, но нельзя, наказывать альтернативно – можно, но дорого. О последствиях догадаться несложно.
Наказ и наказание
Разговор о физическом наказании – это особая и большая тема. Однако, чтобы понять, какое наказание полезно, а какое вредит психике и развитию ребенка, можно вспомнить следующее. Важно, чтобы физическое наказание было демонстрацией родительской силы и власти, а не бессилия. Т. е. вымещение на сыне или дочери злости и месть за не­соответствие ожиданиям – это неправильный ход, после которого и возникает признание ребенка в том, что “перестал уважать родителей”. Если же наказание совершается спокойно, даже после определенного разговора, то результаты бывают как в истории, рассказанной одним уважаемым отцом семейства. “Когда сын начал подрастать, заметили, что он все время проявляет хамское отношение к матери. Ему не нравилось, что она нигде не работает, занимается хозяйством и домом, т. е. то, что и должна делать женщина, и что так редко встречается в современных семьях. Я хорошо зарабатываю, но очень уважаю труд жены. Тем более знаю, что если ее труд перевести в деньги, то получится кругленькая сумма. Я объяснил сыну, что если он еще раз это позволит, то я накажу его ремнем. Когда хамство и оскорбления матери повторились, я пригласил сына в комнату и сделал то, что обещал. Через полчаса сын подошел ко мне и сказал: «Знаешь, папа, спасибо. Мне стало легче, а то как будто что-то распирало меня изнутри. Я не мог остановиться”». Надо сказать, что такие открытые разговоры были приняты в семье и до этого, и отношения сына и отца были дружественными, что и позволило им правильно выйти из сложившейся ситуации. Физическое наказание же было использовано как крайняя мера, о чем пишет священномученик Владимир (Богоявленский): “Телесное наказание есть как первое, так и последнее, то есть самое строгое и чувствительное средство наказания, и потому должно быть употребляемо как можно реже и только при самых серьезных и важных проступках дитяти, и притом тогда только, когда все другие средства оказались бесплодными…”.
Часто, когда на консультации приходят семьи с нарушениями родительско-детских отношений, то наблюдаю, что проблемы возникают из-за несоответствия требований, предъявляемых родителями возрасту и возможностям ребенка. Можно было бы предложить родителям чаще знакомиться с материалами о возрастной психологии. Чрезмерные требования травмируют психику ребенка, и у него нет сил делать и то, что он может. Важно обратить внимание, что одним из факторов, помогающих детям слушаться родителей, является их желание заслужить любовь папы и мамы. Если же в семье эмоционально холодные, сдержанные отношения, то у ребенка пропадает его основной мотив. Поэтому, если дети вас не слушаются, обратите внимание на отношения в семье. Когда в семье теплые и радостные отношения, то стоит двум ее членам начать о чем-то заинтересованно общаться, как остальные подбегают и спрашивают: “А можно с вами?”. И, конечно, для этого “с вами” они многое готовы сделать. Ведь знают, что их там любят и ждут, выслушают и поймут. В семье же, где каждый из ее членов сидит, запершись в своей комнате, а за завтраком знакомится с прессой, такого не происходит.
Конечно, мы, как родители, не всегда на высоком уровне справляемся с трудностями в воспитании собственных детей. Хотя возникает вопрос: “Неужели кто-то сделает это лучше нас?”. Неужели, даже если мы иногда злимся на собственных детей и неправильно наказываем, кто-то, тем более в массовом порядке, будет любить их сильнее? Тогда в чем основной смысл выделения ювенальной юстиции из общей системы правоохранительных органов? В чем смысл защиты детей от собственных родителей в масштабе целого государства?

Анастасия Бондарук
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл направил руководству Российской Федерации ряд предложений в связи с возможным рассмотрением Государственным советом РФ вопроса “О государственной политике поддержки семьи, материнства и детства в Российской Федерации”, в том числе:

1. Законодательно обеспечить приоритетную возможность семьи самостоятельно решать вопросы, касающиеся ее внутренней жизни.

2. Принять законодательные меры, создающие дополнительные гарантии прав родителей на воспитание детей, включая формирование их мировоззрения и образа жизни, ограждение их от опасных и безнравственных поступков, регламентацию их режима дня, исполнения ими религиозных предписаний, общения с противоположным полом, ознакомления с учебными материалами, печатной, аудио- и видеопродукцией, интернет-сайтами.

3. Исключить появление в законах и подзаконных актах неконкретных оснований для вмешательства в жизнь семьи, таких как “ненадлежащее воспитание”, “низкий материальный уровень”, “психическое насилие”, либо конкретизировать соответствующие поло­жения.

4. Проанализировать работу органов опеки, особенно случаи их необоснованного и волюнтаристского вмешательства во внутренние дела семьи. Разработать действенные механизмы помощи проблемной и нуждающейся семье, а не только изъятия из нее детей. Сформулировать в качестве приоритетной для органов опеки задачу сохранения семьи.

5. Строго минимизировать и четко прописать в законодательстве условия, при которых возможно внесудебное изъятие детей из семьи. В настоящее время многие спорные и получающие широкий общественный резонанс случаи такого изъятия стали возможны именно из-за нечеткого определения прав и обязанностей органов опеки в данной ситуации, а также критериев, достаточных для изъятия ребенка.

patriarchia.ru


Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s